– А у кого свадьба?
– У меня!!! – гордо объявил Эктавиан, сын Лароса.
– Конечно, я с радостью приму Ваше приглашение, господин! – просияла девушка. – Нет, даже ни с радостью, а с величайшим счастьем! Ведь я даже мечтать не могла, что однажды попаду на настоящую эльфийскую свадьбу!
– Тогда в путь, в Город-Зелёных-Шатров! – провозгласил Эктавиан.
А Лиарин слегка поклонился, пропуская даму вперёд себя. Мара была потрясена!
Передать красоту эльфийского города невозможно словами. Если ты сам не был и не видел это собственными глазами, бесполезно даже пытаться представить, что открылось изумлённому взору бывшей принцессы.
Многочисленные шатры, в которых жили эльфы, увиты лозой, и плющом, и какими-то лианами с дивными белыми цветами. В темноте эти колокольчики сияли, как яркие фонарики и освещали Город эльфов. Это было необходимо, ведь здесь вечером жизнь не замирала, а, напротив, только начиналась. Эльфы любили весёлые праздники, лунные ночи, звёздное небо и песни. В центре города росло огромное кряжистое дерево, название которого Мара не знала, пока Лиарин не объяснил ей, что это – «Кэнтрианэ» – нечто вроде усыпальницы. На ветвях дерева, меж золотой листвы, то здесь, то там поблёскивали серебристо-зелёные самоцветы. Они раскачивались на тонких цепочках и звенели на разные голоса.
– Когда эльфы тают и уходят за Море, – объяснил Эктавиан, – (ты ведь знаешь, госпожа Эрсель, что мы не умираем подобно людям), они оставляют в напоминание о себе эти камни. В них живёт память об эльфах, память наших предков. Каждому даётся такой от рождения. Камень хранит в себе каждый миг прожитой эльфом жизни. И теперь, если взять один из камней и прислушаться, то услышишь всю жизнь его хозяина от рождения и до ухода в Благословенный Край, конечно, если уметь слушать.
Вековые могучие сосны выстраивались в круг, словно водили хоровод возле старого, как мир, древа Кэнтрианэ. Ветви их были столь могучими, что в кронах так же располагались похожие на гнёзда жилища – ловкий народ эльфов селился и там. Чуть западнее от центра города текла река Серебряная с водами чистыми и светлыми, с множеством перекатов и мелких порогов. На её берегу стоял белокаменный Дворец Великих князей – Элирана и Лаяны – правителей Эльфийской Долины. Он был сложен из удивительного белого камня, сверкавшего в лунных лучах, и напоминал изрезанный солнцем кусок льда или снега. Так причудливо вырисовывались его башенки, словно сама природа выстроила этот светлый замок.
Много еще дивного было в Эльфийской Долине… Прямо у дворца располагалась круглая площадка, засеянная белой мраморной крошкой, а по её границе располагался ряд светлых округлых валунов. Мара решила, что здесь эльфы собираются вкруг и устраивают свои празднества, танцуют и поют баллады. Так и оказалось. Ну, и, кроме того, все здешние красоты были приправлены серебряной дымкой, дивными ароматами, яркими цветами и не менее яркими птицами, звенящими в кронах деревьев. Сам воздух Эльфийской Долины был пронизан сказкой, и это невозможно описать словами, во всяком случае, человеческими. Сюда и привели Мару Джалину новые знакомые.
Первыми, с кем познакомилась Мара, были две юные девушки. Они выбежали навстречу эльфам и с изумлением глядели на спасённую беглянку. Одна – в белом платье, тёмные волосы, уложенные в дивную причёску, украшены прозрачными, чистыми, как слёзы, самоцветами. Другая была одета в голубое платье с серебряным поясом. Лёгкие, пепельные локоны ниспадали по плечам и спине. Сияющая диадема – сплетение белого металла и горного хрусталя – венчала светлый высокий лоб.
Нужно ли говорить, что Мара в жизни не встречала девушек такой красоты??? Рядом с ними она ощущала себя уродцем.
– Кто это? – спросила девушка в серебряной диадеме. – Какая странная!
– Где твои манеры, Лиадран?! – одернул её Лиарин. – Тебе бы вряд ли понравилось, если бы на тебя глядели, словно на какую-то диковинку несуразную, и говорили таким тоном!
– Со мной нельзя так! Я – княжна! – проворчала светловолосая эльфийка, обиженно поджав губки.
– Это Мара из Сосновой горки! Она – наша гостья! – представил Эктавиан, останавливая затевавшиеся препирательства. – А это – Элинэль и Лиадран, дочери нашего правителя Элирана. Элинэль – моя невеста! Это к ней на свадьбу ты приглашена.
– Моё почтение дочерям Великого князя! – Мара поклонилась. – А прекрасной невесте пожелание всяческих благ! Да будет любовь жениха и невесты крепка, сильна и долговечна, как корни древнейшего из деревьев Кэнтрианэ, а счастье ваше столь же чудесно, как и неземная красота твоего светлого лица, госпожа! И не коснётся вовеки никакое зло благословенной земли, которой правят ваши родители!
– Благодарю за добрые слова и светлые пожелания! – улыбаясь, ответила Элинэль – эльфийка в белом. – Ты так невероятно учтива, что не каждый эльф сравнится с тобой в сладкоречии! Даже не подумаешь, что ты из деревни! Я рада, что ты будешь нашей гостьей, и хотела бы сказать: «Будь как дома!», но боюсь, наш образ жизни и всё, что предстанет твоим очам, покажется тебе странным и непривычным! И всё-таки пусть тебе здесь будет уютно! Если моей гостье понадобится что-либо – я вся к твоим услугам, госпожа Мара!
– Благодарю за доброту, госпожа Элинэль! – молвила девушка. – Рада знакомству с Вами! И с Вами, госпожа Лиадран!
– Я тоже, – холодно отозвалась та и добавила: – Лиарин, ты не поможешь мне сегодня с последними приготовлениями к свадьбе?
– Конечно, – откликнулся эльф, – только вначале устрою нашу гостью.
– Что ж, тогда я покидаю вас! – и Лиадран удалилась.
– Да… Ещё одно… – промолвила Элинэль. – «Мара» по-эльфийски «Эрсель». Ты не возражаешь, госпожа, если мы станем называть тебя так?
– Эрсель…! – повторила Мара Джалина, вспомнив, что эльфы уже называли её этим словом. – Красиво звучит. Пусть будет так! Прежнее имя не защитило меня от бед, может, теперь что-то изменится!
На том порешили и разошлись. Эктавиан и Лиарин отправились представлять девушку Великим князьям, а потом решили подыскать ей временное жильё.
Элиран принял гостью вежливо, как подобало Великому князю, и как того требовал обычай, но холодно, как того требовало его сердце. Приём княгини Лаяны был куда теплее: она прониклась сочувствием к бедной сироте, едва только узнала, какая нужда завела её в Эльфийскую Долину. Затем Мару устроили в отдельном гостевом шатре. И время потекло медленно, но неотвратимо…
Приближался день свадьбы, вернее, вечер и ночь.
Мара постепенно знакомилась всё с большим количеством обитателей Города-Зелёных-Шатров. Все они были почтительны с ней, некоторые проявляли живое участие и сочувствовали девушке, но в большинстве своем были достаточно сдержанны и холодны. Мара не могла винить их в этом. Такова была многовековая традиция, требовавшая чёткого соблюдения: «эльфы и люди должны жить раздельно и не должны соприкасаться!». Так лучше для всех! Люди считали эльфов бессердечными, жестокими и высокомерными, кроме того, они владели магией, которую безгранично боялись смертные. Эльфы полагали, что люди грубые, недалёкие, невежественные создания, к тому же падки на соблазны и губительны для всего, чего касается их рука. Мара справедливо посчитала, что её в Городе эльфов встретили ещё очень даже ласково. Она иногда представляла, что было бы, приведи она вот так в свою деревню Лиарина или Эктавиана! Эльфы дали ей приют, в котором она так нуждалась, и она была этому рада, очень рада.
Наконец, настал долгожданный день свадьбы. У Белого Дворца были устроены столы для пиршеств. Они ломились от диковинных яств, исключительно вегетарианских. Эльфы не убивали животных, да и растения старались не обижать. Для них весь мир вокруг был наполнен разумом и жизнью.
Как только солнце село, и взошла луна, настало время церемонии. Эльфийский народ собрался на Мраморной площадке. В центре её выложили круг из золотых цветов. Здесь должен быть заключен брак.
Как узнала Мара от Лиарина, проведение свадеб было обязанностью и правом Великой княгини Лаяны, другими заботами своего народа ведал князь Элиран.
Лаяна уже стояла в центре цветочного круга. Она была одета в платье янтарного оттенка, сверкающее, как солнечные лучи, и голову её венчала корона. Именно на княгиню была похожа Элинэль, а младшая её сестра более походила на отца – волосы правителя эльфов также сияли пепельным серебром. В первом ряду гостей стоял Великий князь Элиран, родители Эктавиана, Лиарин, Лиадран и сама Мара (что было великой честью для чужака-человека!).
Эльфы расступились, и Мара Джалина увидела, как по мраморной дорожке шли рука об руку Элинэль и Эктавиан.
Княжна сегодня казалась ещё краше, чем всегда. На ней было тёмно-синее платье, цвета вечернего неба, на котором мерцали вышитые серебром звёзды. Сияющая вуаль летела за её плечами, венок из белых лилий украшал тёмные волосы.
